Литовские сказки. Сумеречницы

Ткачиха, пряха и швея работали вечером, у них погасла лучина. Надо идти к соседу за огнем. Велят ткачихе принести огня.

– Я не пойду: мне челнок светит.

Велят идти пряхе. И та не идет, говорит:

– Мне куделек светит.

Велят идти швее. И та не идет:

– Мне иголочка светит.

Но без огня в доме нельзя обойтись, младшая сестра должна идти за огнем. Она пошла. Идет, идет и встречает белого пана, едущего в белой карете, белые лошади и следом бежит белая собачка.

– Девица, девица, куда идешь? – спрашивает пан.

– Иду к соседу за огнем, – ответила она.

– Не ходи, – сказал пан, – оттуда не вернешься, – и уехал.

Девушка его не послушалась и пошла своей дорогой. Идет, идет, встречает – едет черный пан. Он едет в черной карете, черные лошади, следом бежит черная собачка.

– Куда идешь, девица? – спросил пан.

Девушка сказала.

– Не ходи, девица: оттуда не вернешься, – повторил пан и уехал.

Девушка не хотела его слушать и пошла дальше. Она опять встретила едущего пана. Пан едет в красной карете, следом бежит красная собачка.

– Девица, девица, куда идешь?

– Иду за огнем, – ответила она.

– Не ходи: оттуда не вернешься, – сказал пан и уехал.

Девушка шла, шла и пришла к избушке. Смотрит – ворота крутятся на ноге человека. Зашла во двор, смотрит – на заборах человеческие головы, дверь закрыта рукой человека; у дверей поставлена человеческая рука. Вошла в сени – там стоят бочки, полные крови. Вошла в избу – возле ямы стоит человеческая нога и человеческая голова, надетая на кол. Возле ямы сидит лауме-ведьма и греется. Как только увидела вошедшую девушку, она встала и спросила:

– Девица, девица, зачем пришла?

– За огнем, – ответила она.

– Ну, что видела, когда шла? – спросила лауме-ведьма.

– Встретила – белый пан ехал в белой карете, на белых лошадях, и белая собачка бежала, – ответила девица.

– Это мой день, – ответила лауме. – А еще что видела?

– Видела: ехал черный пан в черной карете, на черных лошадях, и черная собачка бежала.

– Это моя ночь. А еще что видела?

– Видела: ехал красный пан в красной карете, на красных лошадях, и красная собачка следом бежала.

– Это мой огонь, – ответила лауме и спросила, что еще видела.

– Ворота крутятся на ноге человека, – сказала девушка.

– Это мой столбик. А еще что?

– На заборе висят человеческие головы.

– Это мои горшки.

– У дверей руки человека.

– Это мои грабли и крутелка.

– В сенях бочки, полные крови.

– Это мой рассол.

– У ямы я видела человеческую голову – посажена на кол, и ногу человека.

– Это моя метла и кочерга. А еще что видела? – дальше спрашивает лауме-ведьма.

– Ничего, – ответила девушка.

– Ничего? – повторила лауме-ведьма, кинулась на нее и разорвала.

***

К 3.2.0.10. / АТ 334. Деревня Атесникай, приход Симнас. Зап. [Игнас] Ионинас, 1904. LMD I 293/2/.

Записано 36 вариантов, в которых девушка идет к тете / крестной матери / к ведьме / лауме-ведьме за огнем и погибает: она не называет предметы мира антипода по их назначению и так показывает, что их не узнает. Иногда рассказчики импровизируют, как девушка в последнее мгновение спаслась.

ЭС – элементарные сюжеты