Что такое принцип единства сознания и деятельности в психологии?

Принцип единства сознания и деятельности – основополагающий принцип деятельностного подхода в психологии. Сформулирован в 1934–1940 гг. С. Л. Рубинштейном в следующей форме: «Формируясь в деятельности, психика, сознание в деятельности и проявляется. Деятельность и сознание – не два в разные стороны обращённых аспекта. Они образуют органическое целое – не тождество, но единство». При этом и сознание, и деятельность понимаются иначе, чем в интроспективной и бихевиористской традициях. Деятельность не является совокупностью рефлекторных и импульсивных внешних реакций на внешние стимулы, поскольку регулируется сознанием и раскрывает его. Сознание рассматривается как реальность, не данная субъекту непосредственно, в его самонаблюдении: оно может быть познано лишь через систему субъективных отношений, в т. ч. через деятельность субъекта, в процессе которой сознание формируется и развивается.

Данный принцип разрабатывался эмпирически в обоих вариантах деятельностного подхода, однако между ними существовали различия в понимании характера этого единства. А. Н. Леонтьев считал, что решение Рубинштейном проблемы единства сознания и деятельности не выходит за рамки старой, раскритикованной им же самим дихотомии психического, понимаемого как «явления» и переживания, и деятельности, понимаемой как внешняя активность, и в этом смысле такое единство лишь постулируется. Леонтьев предложил иное решение проблемы: психика, сознание «живёт» в деятельности, которая составляет их «субстанцию»; сознание как образ является «накопленным движением», т. е. свёрнутыми действиями, бывшими вначале вполне развёрнутыми и «внешними», т. е. сознание не просто «проявляется и формируется» в деятельности как отдельная реальность – оно «встроено» в деятельность и неразрывно с ней.

Развивая идеи Леонтьева, П. Я. Гальперин рассматривал психику как ориентировочную деятельность, которая неотторжима от собственно «внешней» предметной деятельности, сама может считаться «внешней» в том смысле, что ориентировка осуществляется «внешнедвигательным образом», и, даже когда она становится «внутренней», это деятельность с предметами внешнего мира; и поэтому нельзя, строго говоря, противопоставлять психическое как внутреннее деятельности как внешнему. Действительная противоположность, по Леонтьеву, – противоположность процесса (деятельности, ориентировки, умственных действий и т.п.) и образа (как «накопленного», «остановленного на мгновение» процесса, как результативного выражения процесса).

Результатами конкретно-эмпирической разработки принципа единства сознания и деятельности являются весьма красивые исследования, доказывающие, что включение того или иного психического процесса в различные виды деятельности меняет его результативность и другие свойства: например, в сюжетно-ролевой игре, являющейся ведущей деятельностью для дошкольников современного общества, дети обнаруживают гораздо большую способность к запоминанию какого-либо материала, нежели в условиях общения с экспериментатором в лаборатории; амплитуда движений раненой руки существенно меняется от степени осмысленности деятельности для испытуемого (в значимой для субъекта трудовой или спортивной деятельности восстановление системы движений идёт намного быстрее, нежели в условиях простых механических упражнений); включение в совместную деятельность с другими людьми зачастую кардинально меняет сложившееся к тому времени к ним отношение и т.п.

Принцип единства сознания и деятельности есть не вполне законное расширение результатов исследования развития сознания и деятельности в детстве на всю человеческую жизнь. На самом деле сознание уже к подростковому возрасту автономизируется от деятельности, и начинается интенсивная работа подростка по самоопределению.

Подобное расширение вызвано идеологическими причинами, необходимостью следования марксистско-ленинским догмам: «бытие определяет сознание», «сознание вторично» и т.п. Современные психологи были вынуждены не отпускать своё сознание с короткого поводка деятельности. Для человека типична асимметрия сознания и деятельности. Фихте писал, что человек формирует деятельности и их органы, «душой и сознанием намеченные». Л. С. Выготский утверждал, что высшие психические функции источником своего происхождения имеют сознание. Сознание, как и его субъект, есть часть действительного бытия, писал Г. Г. Шпет. Согласно М. К. Мамардашвили, сознание и мышление участны в бытии. Трактовка сознания как продукта деятельности есть упрощение действительного положения и ограничение свободы сознания по отношению к возможному пространству деятельностей.

Источник: Мещеряков Б.Г., Зинченко В.П. Большой психологический словарь.

Возможные проблемы:

1. Сложность эмпирической проверки единства сознания и деятельности в реальных жизненных ситуациях
2. Размытость границ между «внутренними» психическими процессами и «внешней» деятельностью
3. Трудности фиксации и измерения «внутренних» компонентов деятельности (намерений, мотивов, образов)
4. Игнорирование роли бессознательных процессов в регуляции деятельности
5. Ограниченность принципа при объяснении спонтанных, немотивированных действий
6. Автономизация сознания от деятельности в подростковом и взрослом возрасте
7. Влияние культурных и социальных норм на соотношение сознания и деятельности
8. Индивидуальные различия в соотношении осознанности и автоматизма действий
9. Проблема свободы воли: насколько деятельность действительно определяется сознанием
10. Риск редукции сложных психических процессов к простым схемам «действие → сознание» или «сознание → действие»